Взаимодействие частного детектива с МВД РБ


Уважаемые коллеги! Хочу начать с момента моего увольнения со службы. Как у любого нормального оперативного сотрудника агентура, будем называть вещи своими именами, после моего комиссования со службы продолжала приносить информацию, которую я передавал лично своим бывшим коллегам, но уже тогда они начали отмахиваться от моей оперативной информации, ссылаясь на нехватку времени, загруженностью работой с документами (заявлениями граждан, статистикой и т.д.). В январе 2006 г. я получил лицензию частного детектива. Согласно Закона о нашей деятельности нам запрещается скрывать от правоохранительных органов ставшие нам известными факты готовящихся, совершаемых или совершенных преступлений, а, значит, мы обязаны уведомлять их о данных фактах. Так как агентура продолжала работать, я начал письменно заказным письмом с уведомлением о вручении на имя министра внутренних дел нашей республики уведомлять нашу милицию, а затем полицию о имеющейся у меня информации о совершенных преступлениях, давая информацию не только в виде полных данных фигурантов, но временам даже вплоть до указания мест хранения похищенного. Но… в ответ тишина, максимум в лучшем случае отписка о том, что мое уведомление передано для проверки в такой-то отдел милиции (полиции). Я проверял, действительно ли отрабатывается моя информация и какие по ней получены результаты, но вынужден констатировать, что фактически любое мое уведомление, моя информация ложились «под сукно». Через несколько лет я просто перестал сообщать в инициативном порядке информацию о преступниках и преступлениях. Ради истины скажу, что в МВД Башкирии все же был человек, который неравнодушно относился к информации о преступлениях, имеющихся у детективов. Это бывший начальник Управления лицензионно-разрешительных работ МВД республики полковник полиции Попов Александр Павлович. Но это скорее исключение из правил, тем более, что Попов – сам бывший опер, бывший начальник «убойного» отдела УВД Омской области. Попов пытался нацелить сыщиков на сбор и передачу ему сыщиками соответствующей информации, говоря, что после передачи ее в соответствующие службы (уголовный розыск или БЭП) он сам будет контролировать ход ее проверки. Но, к сожалению, отдельно взятый человек не может перебороть систему, а МВД тем более. Когда Попов ушел на повышение, то все вернулось на круги своя, т.е. в болото.

Большинству здесь присутствующих известно, что я стремлюсь работать по раскрытию общеуголовных преступлений, по уголовным делам. Возможно, я единственный такой сыщик в Башкирии. Работая по уголовному делу или по материалу, который может превратиться в уголовное дело, согласно закона и в интересах клиента, который как правило хочет, чтобы его преступление было обязательно раскрыто, я также доводил и довожу имеющуюся у меня информацию о преступлении и лицах, его совершивших, и в полицию и, если надо в прокуратуру или следственный комитет. Но жизнь показывает, что ни полиция, ни прокуратура, ни следственный комитет фактически не хотят работать, а занимаются по большому счету отписками. Приведу несколько примеров из недавнего.

В начале 2014 г. ко мне обратились супруги К. с просьбой собрать информацию об обстоятельствах смерти их родственницы Мамон Альбины Ивановны, 1961 г.р., жительницы г. Стерлитамак, которая 31 января 2014 г. автомашиной «Скорой помощи» была госпитализирована из своей квартиры в ГКБ № 1 г. Стерлитамака с ожогами 45% поверхности тела и, не приходя в сознание, скончалась 18 февраля 2014 г. По данному факту следователем Следственного Управления Следственного Комитета РФ по г. Стерлитамаку Булатовым И.Ш. была проведена проверка, в ходе которой установлено, что Мамон А.И. получила ожоги дома на кухне якобы вследствие неосторожного обращения с огнем газовой плиты, о чем сама сообщила фельдшеру «скорой помощи» Атналышеву Р.Р. Проведенной судебно-медицинской экспертизой установлено, что смерть Мамон А.И. наступила вследствие полученных ожогов, которые с ее слов в больнице она получила дома во время приготовления пищи от загоревшегося халата. Следователем Булатовым И.Ш. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, как и в заключении судмедэксперта сказано, что ожоги у Мамон А.И. 3-ой степени А, Б, что характеризуется как, цитирую,  омертвение кожи с образованием струпа серого или черного цвета, т.е. происходит Тотальная гибель кожи до подкожно-жировой клетчатки. Кроме того из квартиры Мамон А.И. после ее смерти исчезли золото, драгоценности, норковая шуба, хрусталь и другие вещи. Мои заказчики, супруги К., профессиональные медики разъяснили, что ожоги данной степени невозможно получить от вспыхнувшего халата, они возникают только при длительном контакте кожи с горящим веществом или материей. По итогам проделанной работы я сделал вывод, что Мамон А.И. получила ожоги не вследствие неосторожного обращения с огнем газовой плиты, а имел место поджог другим лицом путем облития ее легковоспламеняющейся жидкостью, что подпадает под действия, предусмотренные статьей 111 ч. 4 УК РФ «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью со смертельным исходом». Данные выводы основываются на анализе полученной в ходе бесед информации от родственников и знакомых потерпевшей, фельдшера «скорой помощи» Атналышева Р.Р., осмотра квартиры Мамон А.И., мной установлен также подозреваемый Ефименко О.Н., сосед по лестничной площадке, с которым у Мамон были конфликтные отношения и которого она боялась. Мной была также получена информация, что норковую шубу, как деньги, золото и все остальное пропавшее, взяла дальняя родственница Мамон – гражданка Жигалова В.П., муж которой был ранее судим за кражу. Заказчики по своим причинам не стали подавать заявление в полицию, а я написал в мае 2014 г. соответствующее уведомление на имя нашего министра МВД, из которого позже получил ответ, что мой материал направлен в УМВД России по г. Стерлитамаку... И все на этом. Тишина. В сентябре этого 2016 г. я направил повторные уведомления на имя министра МВД и на имя прокурора республики, а недавно в ноябре с.г. я получил отписку из Следственного отдела Следственного Комитета России по г. Стерлитамаку. Думаю, что здесь я больше ничего не дождусь, хотя на мой взгляд это прямое укрытие правоохранительными органами тяжкого преступления.

Следующий пример. Во время новогодних праздников 2015 г. ко мне обратились родственники жителя г. Уфы Сандакова Валерия Геннадьевича, без вести пропавшего 6 января. Не буду описывать всего, что понадобилось для возбуждения уголовное дело по ст. 105 УК РФ «убийство», но на это ушло масса усилий. Коснусь главного. В ходе работы по данному делу я плотно сотрудничал со следователем Уфимского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по РБ Плотниковым А., который впоследствии прекратил уголовное дело в связи с обнаружением спустя 2 месяца трупа разыскиваемого и установлением факта его смерти от переохлаждения. Наверное, это единственный положительный пример моего взаимодействия с сотрудником правоохранительных органов за последние несколько лет. С моей помощью следствием установлено, что житель Кармаскалинского района Столяров Игорь Николаевич, 1995 г.р., ранее несудимый, нанес Сандакову В.Г. телесные повреждения, а также неправомерно завладел его личной автомашиной, чему в данном уголовном деле имеются неопровержимые доказательства. Следователем Плотниковым в отношении Столярова И.Н. выделены материалы и направлены в ОВД по Кармаскалинскому району для дачи юридической оценки. И что? Правильно, ОВД по Кармаскалинскому району в возбуждении уголовного дела отказал. Вынесший данное постановление участковый Бакиров И.У. посчитал, что на основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в действиях Столярова отсутствует состав преступления, но в том же постановлении УУП Бакиров И.У. пишет, что согласно заключению эксперта № 917 от 27.03.15 г. у Сандакова имеются телесные повреждения, а, цитирую, «в ходе проверки установлено, что при жизни телесные повреждения Сандакову В.Г. нанесли Саторов М.Б. и Столяров И.Н.». Поясняю для тех, кто не понял: есть зафиксированные в заключении судмедэксперта побои, есть заявления представителя потерпевшего, его вдовы, есть лица, которые нанесли эти повреждения, а состав преступления по мнению дознания отсутствует. Также, участковый Бакиров посчитал, что «оснований для возбуждения уголовного дела в соответствии с ч. 4 ст. 20 УПК РФ не выявлено», хотя имеются неоднократные письменные заявления потерпевшей вдовы Сандаковой Е.Б. о привлечении Столярова к уголовной ответственности по ст. 116 («Побои»), 166 («Неправомерное завладение транспортным средством»), 125 («Оставление в опасности») УК РФ. А про то, чтобы дать юридическую оценку действиям Столярова по статьям 166 («Неправомерное завладение транспортным средством»), 125 («Оставление в опасности») УК РФ, я уже и не говорю, их просто нет в «отказном» постановлении. Для того, чтобы в данном случае возбудить уголовное дело за побои и угон, я лично 2 (два) раза ездил на прием по данному вопросу к начальникам ОМВД России по Кармаскалинскому району Хусаинову А.А. и Гарифянову И.Р., которых знаю лично по прежней работе, а также к заместителю прокурора района, мне было обещано, что рассмотрят материалы проверки и возбудят уголовное дело, но… «воз и ныне там». В сентябре этого 2016 г. я направил уведомления на имя министра МВД и на имя прокурора республики с информацией по данному материалу, прокуратура республики спустила мое уведомление в районную прокуратуру, откуда ответа до сих пор нет, и, думаю, что и не будет, а вот из МВД пришел ответ за подписью начальника Управления (не понятно правда какого!) полковника полиции Эделева Р.Н., который просто напросто меня, скажем так, «убил», цитирую: «Ваше обращение Министерством внутренних дел по Республике Башкортостан оставлено без рассмотрения ввиду отсутствия документов, подтверждающих Ваши полномочия на представление интересов Сандаковой Е.В.». Пояснять что-либо надо? Для тех, кто не до конца понял поясняю: я направил уведомление с имеющейся у меня информацией, по которой можно и нужно возбуждать уголовное дело, тем более, что есть данные фигурантов, доказательная база, а как мы все знаем, «палочная» система в МВД никуда не делась, и районному отделу и МВД нужны «палки», т.е. раскрытые преступления. А в данном случае получается, что МВД просто отказывается работать под надуманным предлогом, а именно по имеющимся заявлению потерпевшей и собранным доказательствам возбуждать уголовное дело. Вообще, это дело темное, как говорят сейчас, «мутное», в нем много вопросов, на которые не даны ответы, но если плотно им заняться, то, думаю, там вылезут и вымогательство (статья 163 УК РФ), и незаконное лишение свободы (статья 127 УК РФ).

И наконец крайний пример, с которым я хотел бы вас ознакомить. В декабре 2015 г. ко мне обратились родственники жителя г. Кумертау Воробьева Олега Петровича, 1955 г.р., с просьбой собрать информацию об обстоятельствах его смерти, а также сбора сведений по уголовному делу, возбужденному по ст. 158 ч. 3 УК РФ («кража») по факту кражи почти полумиллиона рублей из его квартиры после его смерти. Из материалов, предоставленных заказчиком, следовало, что в деле имеется житель г. Кумертау Васильев Андрей Васильевич, годом ранее условно судимый за кражу, который фактически склонял к продаже квартиры сильно злоупотребляющего алкоголем Воробьева, постоянно контролировал его сам или через своего отца, собутыльника Воробьева, сопровождал умершего везде: в ЖЭУ, к риэлтору, нотариусу, присутствовал при сделке, лично пересчитывал деньги. Заключив договор, я сразу же выехал в Кумертау, где хотел нарочным передать свое письменное уведомление следователю СО ОМВД России по г. Кумертау Латыпову Р.Р. о том, что я, заключив договор, приступаю работать по данному уголовному делу и отказному материалу по факту смерти Воробьева. Но следователь Латыпов Р.Р. сперва вообще отказался принимать от меня уведомление, а потом прямо заявил, что отказывается сотрудничать и принимать какую-либо помощь от меня, т.к. частный детектив и его полномочия и функции не прописаны в Уголовно-Процессуальном Кодексе (УПК) РФ, а значит я для него - никто. На мое обращение, что я приехал помогать следствию в раскрытии кражи, и что лишняя боевая единица в виде опытного сыщика, бывшего оперативника Управления Уголовного Розыска республики ему не помешает, а только поможет, что я готов выполнять все его поручения, на данного следователя внимание не произвело, и наше сотрудничество на этом закончилось. Из имеющихся на тот момент времени в отделе руководителей с аналогичным вопросом о сотрудничестве по данному делу я подошел к начальнику уголовного розыска Токареву Е.Н., который «успокоил» меня тем, что подозреваемый Васильев А.В. находится у них, так скажем, а вы поймете, на «учете», что скоро они его задержат за наркотики, но задерживают они его вот уже 2-ой год… А фабула дела такова; 15 июля 2015 г. прошла сделка между жителями Кумертау Воробьевым и гражданином Рак А.Л. по продаже 2-хкомнатной квартиры по такому-то адресу, принадлежащей Воробьеву О.П., в ходе чего Воробьев О.П. вместе с подозреваемым мной Васильевым Андреем Николаевичем, получили от Рака А.Л. деньги в сумме 999.000 рублей.

На следующий день, 16 июля 2015 г., Воробьев О.П. в ходе распития спиртных напитков умирает, в крови обнаруживается 5,5%-6% промилле спирта, его собутыльник Полецкий В.В. с тяжелым отравлением доставлен в больницу. Следственным Комитетом по г. Кумертау по факту смерти Воробьева О.П. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, ОМВД РФ по г. Кумертау возбуждено уголовное дело по ст. 158 ч. 3 УК РФ по факту кражи денег в сумме 499.000 рублей у Воробьева О.П., которое в настоящее время приостановлено. После смерти Воробьева О.П. появляется расписка от 5 мая 2015 г., которую умерший якобы дал Васильеву А.Н., ранее судимому, недавно вернувшемуся из армии, на 700.000 рублей, деньги понадобились Воробьеву О.П. якобы на вступление в наследство и ремонт квартиры, который делал для него Васильев А.Н. (на самом деле, как говорят свидетели, ремонта не было). Таким образом, вызывают серьезные подозрения обстоятельства смерти Воробьева, исчезновения почти 500.000 рублей, появления расписки на 700.000 рублей. В ходе проделанной мной работы, полученной от свидетелей и иной информации, анализа данной ситуации я пришел к выводу, который наверняка сделали многие здесь присутствующие – что кражу денег совершил подозреваемый мной ранее судимый Васильев, у которого сестра, кстати, работает оперуполномоченным уголовного розыска отдела МВД России по г. Кумертау, а также, что раскрыть данное преступление можно и нужно в первую очередь следственным путем: допросом найденных мною свидетелей, проведением экспертизы по установлению времени написания расписки на 700.000 рублей и других следственных действий. Сперва я пытался действовать через адвоката потерпевшей стороны, которая писала подготовленные мной ходатайства и жалобы, но все как об стенку горох. Затем в сентябре этого года я обратился с соответствующим уведомлением к прокурору республики и министру внутренних дел о том, что работа по данному уголовному делу следствием фактически саботируется, не допрошены найденные мной ключевые, как я считаю, свидетели, не проведена экспертиза по расписке на предмет установления времени ее написания и т.д. В ноябре с.г. из прокуратуры г. Кумертау за подписью заместителя прокурора Балачевцева О.В. мне поступило постановление об отказе в удовлетворении моей якобы жалобы (хотя я писал уведомление), которая является фактически отпиской, т.к. подготовленные мной для адвоката ходатайства о проведении соответствующих следственных действий (допрос ключевых найденных мною свидетелей и т.д.) не исполнены. Ответа из полиции Кумертау пока нет, но думаю, что будет аналогичный ответу из прокуратуры.

У вас может возникнуть вопрос, а что делал я, чтобы добиться взаимодействия с правоохранительными органами? Год назад, в июне 2015 г. я специально записался на прием к начальнику Управления Уголовного Розыска республики Портянко В.Н., чтобы попытаться положительно решить вопрос по вышеуказанным делам, а также предложить свою помощь как сыщика, добровольного помощника оперативникам УУР по раскрытию преступлений. Вместо начальника Управления меня принял его заместитель полковник полиции Дудко Виталий Викторович, в настоящее время начальник Управления МВД России по г. Уфа, который, выслушав меня, сказал, что это ооочень ценно для них, тем более получать помощь от своего бывшего сотрудника, что по окончании моего отпуска, в августе руководство УУР или его сотрудники обязательно со мной свяжутся для решения поставленных мной вопросов, но … до сих пор связываются. Через год после этого в июне 2016 г. я был на приеме у исполняющего обязанности заместителя начальника полиции по оперативной работе республики полковника полиции Сергеева Сергея Ивановича, который, выслушав меня, первым делом спросил: «А какой твой здесь интерес?», чем меня маленько ошарашил, ведь перед этим я емко, но лаконично о себе рассказал. Пришлось повторяться, сказав также, что да, я работаю за деньги, но свой гонорар я уже получил, и за раскрытия преступления и доведения его до суда мне иногда светит бонус, но не факт, что я его обязательно получу. Дальше Сергеев просто пообещал рассмотреть мои уведомления и принять решение, но все вернулось на круги своя. Два месяца назад, в сентябре, я был на приеме у исполняющего обязанности начальника полиции республики полковника полиции Миняшарова Алика Маликовича, опять с обновленными уведомлениями, опять с предложением использовать мой опыт при раскрытии преступлений. Так как мы слегка знакомы, то разговор с ним подтвердил мои предположения и имеющуюся информацию, что работать по моим уведомлениям о преступлениях и, грубо говоря, жуликам просто некому, т.к. с одной стороны прошло довольно большое сокращение личного состава и скоро будет новое, а с другой резко упал профессионализм сотрудников, в первую очередь оперативников и следователей, которые вместо раскрытия вынуждены еще заниматься и бумаготворчеством, стали бюрократами, им проще сделать отписку и скрыть преступление, чем его расследовать и раскрывать, ведь на это надо много больше времени и надо трудиться!

Из моего доклада следует, что настоящее взаимодействие между частным детективов, работающим по раскрытию общеуголовных преступлений, и правоохранительными органами у нас в Башкирии практически отсутствует, а если и происходит, то только в единичных случаях на основе личных контактов и связей. Не думаю, что по всей России такое взаимодействие отличается в лучшую сторону. На мой взгляд это общая проблема. Я думаю, что этот вопрос подлежит нашему обсуждению и постановке конкретных вопросов об этом нашим экспертам.

Частное сыскное бюро «Мангуст» На рынке детективных услуг с января 2006 года: Уфа, тел. 8927-231-3634. www.mangust-ufa.ru , электронная почта alex7583@yandex.ru . Лицензия № 045 выдана 30.11.2010 г. МВД РБ.


Дата добавления статьи: 16.12.17
Сейчас вы находитесь здесь: Mangust-Ufa.ru --> Статьи --> Взаимодействие частного детектива с МВД РБ